Помню, как, находясь под тяжелейшим умственным давлением, я сидела дома, просто разглядывала стены и тупо смотрела в окно. Будучи беременной, я продолжала работать почти до самых родов. Когда мне наконец пришлось оставить работу, меня взяли к себе моя парикмахер и ее мама. Роды задержались на четыре с половиной недели. Я не знала, чего ожидать, и не имела ни малейшего понятия о том, как заботиться о новорожденном. Когда наконец я родила, мой муж пришел в больницу. И так как малыш был сильно похож на него, он не мог отрицать своего отцовства. И снова, но горячо сожалел о своих похождениях и обещал измениться.

Когда пришло время выписываться из больницы, нам некуда было ехать, и тогда мой муж нашел бывшую жену своего брата, прекрасную верующую женщину, которая позволила нам пожить у нее до тех пор, пока я не смогу вернуться на работу.

Думаю, что эти детали помогут вам представить, какой была моя жизнь, В ней не было ничего стабильного, а именно в стабильности я так отчаянно нуждалась.

Летом 1966 года я дошла до такого состояния, что мне было безразлично, что со мной будет. Мысль о том, что я должна оставаться со своим мужем, была невыносимой. Во мне не было ни капли уважения к этому человеку, особенно после того, как он оказался не в ладу с законом. Я взяла своего сына и то, что могла унести с собой, и ушла. Подойдя к ближайшей телефонной будке, я позвонила отцу и спросила, могу ли я вернуться домой. Он, конечно же, был в восторге!

Прожив несколько месяцев в отцовском доме, я получила развод. Это произошло в сентябре 1966 года. К этому времени душевное состояние моей матери сильно ухудшилось. По любому поводу у нее могли начаться приступы гнева; она могла обвинять продавцов в том, что они обкрадывают ее, угрожать сослуживцам, выискивая разные причины. Она даже стала носить нож в своей сумочке. Мама гневалась и неистовствовала по любому поводу. Отчетливо помню, как однажды она била меня метлой, когда я забыла подмести пол в ванной! В то же время я делала все возможное, чтобы избегать преследований отца. Я старалась не оставаться с ним наедине.